Рассказ об охоте на кабана

28 июня , 2016

Четвёртую ночь сижу на вышке, карауля кабана. Именно сегодня я должен его достать. Да, сегодня и именно этого кабана. Во-первых, ночью я уезжаю, а во-вторых, это не просто кабан, а зверюга, каких я ещё не видел за всю свою довольно большую практику. Три ночи подряд он выходит к моей вышке в одно и то же время, ходит кругами, фыркает, трещит ветками, но под выстрел не подставляется. Однако сегодня я приготовил сюрприз, и он должен совершить ошибку. Но всё по порядку.

Охота на кабана - рассказ

В Тверскую область я приехал специально за трофейным кабаном. И не потому, ч то я такой уж рьяный собиратель трофеев, просто надоело стрелять глупых подовиков, совсем глупых поросят и даже чуть более хитрых трёхлеток. По моей телефонной просьбе, егеря построили три новых сидушки – времянки поближе к болоту, где как раз и обитают старые секачи, и прикормили их. Через несколько дней мне сообщают, что кабаны начали ходить. В первый же вечер по приезде иду занимать одну из них. Беглый взгляд на «вышку» приводит в ужас. Это всё что угодно, но только не лабаз для охоты. К двум тонким орешинам прибиты несколько поперечных жердин, изображающих лестницу, и две наверху для сидения. При этом вся конструкция качается на ветру по неимоверной амплитуде даже без седока. И как прикажете высидеть на этом устройстве несколько часов?

Но делать нечего, лезу и водружаюсь верхом на режущие все соответствующие места тонкие палки. Кошмар, но тем не менее сижу. Стемнело, и я непрерывно, поскольку ружьё всё равно девать некуда, оглядываю все доступные участки в ночной прицел, который и на эту охоту мне выдали новосибирцы. Прицел классный, третьего поколения, видимость отличная, один недостаток – он совершенно лишён кратности, и использовать его в качестве бинокля проблематично. Через пару часов немеют все члены, и я непрерывно верчусь, пытаясь устроиться поудобнее. И довертелся. Во время очередного переноса ноги, при котором скрипела вся конструкция, из кустов неподалёку раздалось громкое «Фу-ух». Всё, я обнаружен, и кабан уже не выйдет, а жаль. Судя по мощным лёгким, там что-то серьёзное. Однако тогда я ещё не предполагал насколько. На всякий случай засекаю время выхода – 18.35, и тут же вижу две приближающиеся к кормушке тени. Прицел отчетливо ловит пару енотов, так что даже видны их хитрые мордочки. Один недоверчиво крутится возле кучки кукурузы, а второй, не раздумывая долго, принимается ею хрустеть. С полчаса он ест стоя, а затем, видимо, набив пузо, ложится прямо на кучу, но есть продолжает. Сидеть уже не так скучно, всё-таки я не один. Спугивает моих новых друзей только фонарик пришедшего за мной егеря.

На следующий день приходим пораньше, но уже с топором, досками и гвоздями. Приводим сидушку в надлежащий вид, т.е. строим практически заново. Теперь это уже вышка, можно сидеть с удобствами и сколь угодно долго. На этот раз первыми заявились еноты и по вчерашнему сценарию разделились. Один так же шатается вокруг, а второй захрумкал, улёгшись на кучу кукурузы. Но блаженствовать ему пришлось недолго. В назначенное время, 18.35, снова раздалось мощное «Фу-ух», и «собачек» как ветром сдуло. А собственно почему «Фу-ух»? Сидел я тихо, не курил, не должен был он меня почуять. Оказывается, мог. Он просто меня вычислил. Секач явно подозревал о моём присутствии и, фыркая, нарезал круги вокруг вышки. Более того, когда вдалеке зашумело направляющееся к кормушке стадо, он бросился ему навстречу и прогнал. Сам же, походив ещё немного и пофыркав, тоже ушёл в болото.

Незваный гость на ночной охоте

На следующий день я попросил отнести кучу с прикормкой в два раза дальше от вышки (может, так не причует), а вторую кучку насыпать на небольшой просеке – быть может, заинтересуется. Третий вечер доставил мне массу удовольствия. Заявившийся на привычное место енот вдруг не обнаружил положенного ему ужина. Надо было видеть его разочарованную морду (в прицел я мог наблюдать все его гримасы). Как же так? Каждый день была кукуруза, а сегодня нет? С совершенно «убитым» видом он крутился на старом месте и нюхал землю. Горе обманутого существа было очевидно. Однако надо отдать зверьку должное, сориентировался он довольно быстро и засеменил к новому расположению кучи. Представляю, как он, блаженно вздохнув, привычно улёгся животом на кукурузу и захрумкал. Но блаженствовал он опять недолго, вскоре появился и тот, кого я ждал. Я сразу узнал его по наглой и уверенной поступи. Прогнав енотов, кабан принялся за меня. На этот раз он не только фыркал, но и рычал. Да, да, я сам первый раз слышал, как рычит кабан. Именно рычит, как тигр или очень большая собака. Горло его издавало клокочущие звуки, и предназначались они именно мне. Порычав, кабан пошёл на круг, заметил новую кучу кукурузы, остановился перед ней, и тут я первый раз его увидел. Боже, что это был за зверюга. От выстрела его загораживали тонкие берёзки, но огромный силуэт в ночник проглядывался отчётливо. Мало того, что он знал о моём присутствии, он меня не боялся. Вернее, он боялся моего ружья и поэтому ни разу не вышел на открытое место, даже на секунду. И ещё я понял, что ему плевать на прикормку, это хулиган или, точнее, хозяин, выгоняющий всех со своей территории. Судя по всему, он и меня собирался запугать и прогнать. Минут пятнадцать зверюга рычал, фыркал, но так и не подставился под выстрел. В прицеле лишь ярко сверкали его глаза, корпус же всегда надёжно защищали деревья. И вот тут мне в голову пришла интересная мысль, осуществить которую я собирался завтрашним вечером.

На следующий день мы опять пришли с егерями пораньше и начали готовить мой план. Я забрался на вышку, а егеря, согласно моим указаниям, расчистили от сухостоя несколько узких просек, достаточных для выстрела. Идея заключалась в том, что кабан, не подозревая об изменениях ландшафта, неосторожно вылезет на подготовленную чистину. И вот четвёртая попытка одолеть зверюгу. Хотя до расчётного выхода ещё около часа, меня бьёт, казалось бы, давно забытая нервная дрожь. Перекладину под ружьё мы не делали, так что придётся стрелять с рук, но это и лучше – удобней маневрировать ружьём вслед за передвижением севрюги (мы уже привыкли его так называть). Я весь в ожидании, и меня уже даже не веселят знакомые еноты. Наконец вдалеке раздаётся привычное «Фу-ух», и в прицеле мелькают маленькие, как мне кажется, злобные глазки. Уверенно, рысью идёт знакомой тропой (именно прострел к тропе мы расчистили), доходит до прогала и… встаёт как вкопанный, не дойдя до просеки метра. Вот гад. Разгадал мою хитрость. С минуту стоит неподвижно, разворачивается и уходит. Всё, не суждено мне добыть лучший в моей жизни трофей. Но нет, видимо, наглость пересилила осторожность, и снова раздаётся знакомое «Фу-ух». Возвращается. На этот раз заходит с другой стороны, и я вижу в прогале смотрящего прямо на меня зверя. Как не хочется стрелять в лоб – далековато, без упора, и руки от долгого держания ружья подрагивают. К тому же недавно в Вологде я стрелял такого на штык. Подранок ушёл (видимо, не попал по центру головы), и нашли его только через две недели, почти съеденного медведем. И здесь я рисковать не могу – болото рядом. Там его не добрать, да и валить такую зверюгу надо наверняка. Пока я рассуждаю подобным образом, секач продолжает бродить вокруг, рыча на меня. Именно на меня, в этом уже нет сомнений. Вот подходит к краю чистины. Ну, сделай ещё шажочек (в прицел видно только пятачок), но нет, снова разворачивается. Пока секач бродит по лесу, стрелять в принципе можно, но он не стоит на месте больше одной секунды, а мне нужно как минимум три, чтобы быть уверенным в выстреле. Наконец он прокололся. Не то, чтобы прокололся, он просто не знал возможности моего ночного прицела. Забравшись в густой подлесок, метрах в сорока от вышки, кабан замер, а прицел чётко высветил кусок бока и рыло. Бок я отмёл сразу – место не убойное, а вот башка пониже уха – то, что надо. Быстро навожу впритык с деревом (как можно ближе, но так, чтобы не задеть) и давлю спуск. Выстрел ослепляет, но уже через мгновение вожу прицелом в надежде увидеть дрыгающиеся ноги поверженного зверя. Вместо этого слышу треск удаляющегося напролом кабана. Сердце продолжает учащённо биться, но постепенно нападает апатия. Надо же так бездарно закончить эту эпопею. Несколько минут до прихода егеря нервно курю и спускаюсь с вышки, завидев его фонарик.

Идём смотреть место стрела. Так, кровь есть – значит всё-таки цопнул. Но шея такое место, что если попал, то лежит, а если не попал в неё, то и не найдёшь. Тем не менее идём в сторону болота, куда ушёл кабан. Буквально через несколько шагов егерь останавливается и предостерегающе поднимает руку. Теперь и я слышу храп животного. Именно так хрипит раненый и доходящий крупный зверь. В горячке бросаемся на звук, но тут же тормозим, одновременно вспомнив, КОГО мы преследуем. Да, дела. У егеря курковка 16 калибра, заряженная мелкой картечью, а мне, в случае если зверюга бросится на нас, не успеть поймать его в ночной прицел – стопчет. Однако делать нечего, потихоньку идём вперёд, светя перед собой фонарями. Бросится – буду стрелять от пояса. Кустарник густеет и становится едва проходимым. Егерь, молодой тридцатилетний парень, бесстрашно ломится вперёд, а я захожу сбоку, чтобы не иметь перед собой его спину. Храп и сиплое дыхание уже в нескольких метрах передо мной, включаю оптику, пытаясь хоть что-то разглядеть, и в этот момент раздаётся выстрел егеря. Хруст, треск, сердце в пятках, душа вон, волосы дыбом, палец дрожит на спуске выставленного в сторону звуков карабина. Постепенно всё стихает. «И вправду, зверюга», – слышу голос егеря.

Дальше поздравления, попытки вытащить 250-килограммовую тушу из кустов и вызов подмоги. А стреляя, я немного занизил и прострелил кабану гортань. Отсюда и хрип и кровь. Хорошо, что «девятка», пущенная из «Тики», серьёзная пуля и хорошее оружие на кабана, а то бы мог и уйти.

Сергей


Добавить комментарий

 

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.