Тарбаган

21 октября , 2017

Тарбаган— обитатель горной степи Монголии.

В прозрачном горном воздухе парят крупные орлы и слышатся стонущие голоса красной утки. Всюду видны сурки-тарбаганы, то спокойно пасущиеся в степи, то при малейшей тревоге опрометью бегущие к норам. Добежав до норы, они настороженно прижимаются к земле и время от времени коротко и хрипло взлаивают, дергаясь всем телом, отчего их хвосты, прижатые к спинке, взлетают вверх, как сигнальные флажки. Тарбаган не просто обитатель горной степи, а до известной степени и создатель характерных особенностей этого ландшафта.

Степь, населенная тарбаганами, точно покрыта большими зелеными заплатками. Это результат их грандиозных земляных работ.

Устраивая свои норы, сурки ежегодно выносят на поверхность много тонн земли из нижележащих почвенных горизонтов.

Выбрасываемый при рытье грунт обладает иными свойствами, чем поверхностные слои почвы, и это создает своеобразные условия для растительности. Бурьян, разрастающийся на выброшенной из нор земле, издали выделяется на фоне степей своей окраской и большой высотой. «Земляные работы» тарбагана обедняют пастбища, потому что растения, Заселяющие сурчины, обладают худшими кормовыми качествами. Тарбаган не только «землепашец», он еще и «строитель», обеспечивающий жильем других обитателей горной степи. В старых брошенных тарбаганьих норах очень часто селятся барсуки, лисицы, коты манулы, хорьки, волки и даже зайцы-толаи и красные утки. Все они выводят здесь свое потомство.

В суровом климате горной степи густой мех и глубокие норы длиной в 10—15 м оберегают тарбагана не только от ночных холодов, но и от суровых зимних морозов. Накопив к осени до килограмма жира, он залегает в спячку, забивая на зиму земляной пробкой вход в нору. Спит тарбаган полгода при температуре в норе около 0°, а в это время на поверхности земли стоят лютые морозы, доходящие до 40—45°.

Весной, в марте — апреле, тарбаган просыпается от долгого зимнего сна и выходит на поверхность.

тарбаган

Не похожа эта центрально-азиатская весна на весну в средней полосе. Нет ни звонких ручейков, ни весеннего запаха влажной земли, ни зелени, ни цветов, ни птичьих песен. Голая, сухая, растрескавшаяся как после долгой засухи земля, холодные ветры, черные тучи пыли — вот и все, что дарит весна в Монголии. Это самое тяжелое время года для травоядных животных. Далеко отбегая от норы, тарбаган все же не находит достаточного количества травы. Вот тут-то и оказывается кстати запас жира, накопленного еще прошлой осенью.

В мае у тарбагана родится пять-шесть беспомощных, слепых и голых детенышей, весящих около 30—50 г каждый. Но зверьки быстро растут и уже через неделю покрываются мягкой шерсткой, через две , недели у них открываются глаза, а через месяц они показываются на поверхности и начинают сами щипать траву. В это время тарбаганята неосторожны и их легко можно поймать руками.

Самец вместе с самкой заботится о воспитании молодняка. Часто можно видеть, как они с беспокойством следят за тарбаганятами, которые возятся и барахтаются около норы. Осенью родители всегда залегают в спячку вместе с молодняком, к ним присоединяется молодняк прошлогоднего помета, так что зимой в одной норе иногда оказывается до 12 и более спящих зверьков.

Молодые сурки прекрасно приручаются, отзываются на свое имя, берут корм из рук и смешно едят, сидя на задних лапках, а передними, сжатыми в кулачки, подталкивают в рот кусочки. Особенно любят они сладости. Охотно едят печенье, сахар, конфеты и варенье, чавкая и закрывая глаза от удовольствия. Съев кусочек, зверек настойчиво выпрашивает другой.

Забавные и игривые молодые тарбаганята очень похожи на медвежат. Они охотно играют с детьми и кошками, бегают, кувыркаются, переворачиваются на спину, прихватывают своими сильными зубами «противника», но никогда больно не кусаются.

У взрослого тарбагана врагов среди животных мало. Только волк, а из птиц, пожалуй, лишь орел-беркут нападают на них. Будучи осторожным зверем с хорошо развитым слухом и зрением, тарбаган быстро замечает опасность; этому способствует колониальный образ жизни, при котором по сигналу одного из зверьков, заметившего опасность, все остальные члены колонии спешат к спасительным норам. Мелких наземных хищников тарбаганы вообще изгоняют из пределов колонии. Однажды один зоолог наблюдал как тарбаганы преследовали забежавшего в их поселение хорька. Первый увидевший хорька тарбаган встал на задние лапки, чтобы лучше разглядеть пришельца. Затем, издав резкий пронзительный крик, бросился на него. Встревоженные этим криком соседи поднялись наготове столбиками у своих нор и стали звонко кричать. Преследователь бежал за хорьком, а хищник, не вступая в драку, увертывался от него быстрыми скачками в сторону. Как только он приближался к какой-нибудь норе, новые преследователи ополчались на него, а зачинщики погони, отогнав хорька от своего убежища на значительное расстояние, возвращались назад. Хорек бегал по степи, а за ним гонялись то один, то несколько тарбаганов до тех пор, пока хищник не покинул пределы их поселения.

тарбаганы в природе

Как многочисленный и крупный обитатель горных степей тарбаган является важнейшим промысловым видом. В начале двадцатого века шкурки тарбагана приносили Монголии более половины всего дохода, получаемого от торговли. Помимо этого, тарбаган дает мясо и ценный жир.

Тарбаганий промысел имеет большую древность. Раньше тарбаганы добывались не столько ради шкурки, сколько ради мяса. До сих пор этого зверька нередко промышляют только ради мяса, причем шкурка, благодаря своеобразному способу приготовления жаркого, совсем не используется. Это блюдо носит название «боодых», от монгольского глагола «боох» — завязывать. Тарбаган подвешивается на проволоке за резцы. Шкура не снимается, а через маленький разрез между окорочками вынимаются все внутренности, так что образуется мешок из шкуры с мясом. Съедобные части внутренностей— печень и почки наЗи-вают в этот мешок. Туда же засовывают раскаленную в огне гальку. Чтобы лучше сохранить аромат жаркого, шею тушки туго завязывают. Под действием внутреннего жара шерсть начинает легко слезать. Сняв ее руками, тушку обжаривают до подрумянения кожи. Немного разрезав тушку вдоль, выбрасывают гальку, и кушанье готово. Описанный способ приготовления носит ритуальный характер. Сок изнутри «боодыхын шуль» пьют по-старшинству. О нем много поговорок.

Еще знаменитый венецианец, путешественник Марко Поло в XIII веке писал: «едят они фараоновых крыс»; «много их по равнине и повсюду…»

На тарбагана охотятся разными способами. Чаще всего зверьков стреляют из ружья, но для того чтобы подойти на верный выстрел, применяют особые приемы. Эти приемы остались еще с времен, когда за сурками охотились с луком. Охотник, идущий за тарбаганом, надевает специальный костюм, состоящий из длинной белой козьей шубы мехом наружу. На голову надевают белую шапку из меха с длинными стоячими, как у осла, ушами. В таком наряде, взяв в одну руку ружье, а в другую хвост яка, охотник начинает кругами подходить к тарбагану, поминутно приседая, махая хвостом яка, иногда ложась, подбрасывая ноги и катаясь по земле. Тарбаганы при виде такого охотника стоят у норы и беспокойно кричат, но в нору не уходят, заинтересованно его рассматривая. «Танцуя» таким образом, охотник и подходит на верный выстрел. Охотятся на тарбагана и с собаками, ловят его капканом и петлями, выживают водой из норы, выкапывают зимой из нор и рядом других способов.

Сурки представляют собой основных носителей чумы. Не случайно, что «черная смерть», которая унесла в прошлом миллионы человеческих жертв, называется в Монголии «тараба-ганэ убочин» — тарбаганья болезнь.

Когда в конце прошлого и в начале этого века началась в погоне за наживой беспорядочная охота на сурка, вспыхнули получившие печальную известность чумные эпидемии в Монголии, Маньчжурии и Забайкалье. Только благодаря героической работе русских врачей, установивших связь чумных эпидемий с заболеваниями тарбагана, и принятым мерам удалось потушить страшное пламя чумы.

В наше время достижения советской медицины и зоологии позволили практически избавиться от этой страшной болезни.

Сурки обитают не только в горных степях Монголии. Они населяют и другие горы Центральной Азии, Тянь-Шаня, Памира, Алтая и Забайкалья. Близкий к тарбагану сурок расселился вплоть до тундр Чукотки, Анадырского края и Камчатки. Другой сурок — байбак, видимо, в геологически недавнее время, спустился на равнины и занял черноземные степи от Иртыша до Венгрии. Сейчас он сохранился отдельными колониями на Украине, в Среднем и Нижнем Поволжье, в Зауралье, Казахстане и некоторых других местах.


Добавить комментарий

 

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.